Биологические препараты в аллергологии: кому показаны и как назначают

Рубрика: Аллергология

Термины: Бенрализумаб Дупилумаб Меполизумаб Омализумаб Реслизумаб

Материалы SapiensMed не заменяют консультацию врача

Вы можете поделиться статьей или скачать ее в PDF формате

Здравствуйте, друзья! В нашем традиционном лонгриде поговорим о биологических препаратах в аллергологии — классе лекарств, который за два десятилетия изменил судьбу пациентов с тяжёлой астмой, неукротимой крапивницей и мучительным атопическим дерматитом. Разберём, что это за молекулы, кому они действительно показаны и по каким правилам их назначают.

Мы подробно разберём отличие биологических препаратов от привычных таблеток, научимся читать их названия, пройдёмся по всем зарегистрированным мишеням и классам, обсудим биомаркёры и фенотипирование, реальные схемы дозирования, сроки оценки эффекта и правила смены препарата при неудаче.

Ещё мы поговорим о том, почему перед биологической терапией так тщательно проверяют технику ингаляции и приверженность лечению, как устроено лекарственное обеспечение в России, чего ждать от ближайших лет, и разберём частые заблуждения. В конце вас ждёт пошаговый план, перечень тревожных признаков и краткое резюме по каждому разделу статьи.

Часть 1. Что такое биологические препараты

1.1. Малые молекулы против больших белков

Привычные лекарства — от парацетамола до преднизолона — это малые молекулы. Их синтезируют химическим путём, они состоят из нескольких десятков атомов, легко проходят через мембраны клеток и обычно принимаются внутрь. Их структура известна до последнего атома и воспроизводима с абсолютной точностью.

Биологические препараты устроены принципиально иначе. Это крупные белковые молекулы массой в сотни раз больше, которые производят живые клетки в биореакторах. Чаще всего это моноклональные антитела — искусственно созданные копии человеческих антител, нацеленные на одну конкретную молекулу.⁷

Из различия в устройстве вытекают все практические особенности этого класса, которые важно понимать пациенту:

• Их нельзя принимать в таблетках: белок разрушится в желудке, поэтому вводят подкожно или внутривенно.
• Они действуют избирательно на одну мишень, а не на весь организм сразу.
• Эффект развивается медленно — недели, а не часы.
• Они не проникают внутрь клетки и работают только на её поверхности или в кровотоке.
• Требуют холодовой цепи хранения от производства до момента инъекции.
• Их производство сложное и дорогое, отсюда высокая стоимость терапии.

Ещё одно следствие — невозможность точной копии. Дженерик малой молекулы химически идентичен оригиналу, а биоаналог — лишь очень похож, поскольку живые клетки-производители никогда не дают абсолютно одинаковый продукт. Поэтому биоаналоги проходят отдельные сравнительные исследования.³

Отдельно стоит понимать, почему биологические препараты нельзя просто «выпить». Молекула антитела состоит из полутора тысяч аминокислот, и пищеварительные ферменты разбирают её на фрагменты за считаные минуты. Подкожный путь введения — не прихоть производителя, а физиологическая необходимость.

1.2. Как читать названия препаратов

Международные непатентованные наименования биологических препаратов строятся по логичным правилам, и, зная их, можно многое понять о лекарстве, даже впервые услышав название. Основные ориентиры выглядят так:

• Окончание «-маб» означает моноклональное антитело, от английского monoclonal antibody.
• Слог перед окончанием указывает происхождение: «-у-» — полностью человеческое, «-зу-» — гуманизированное, «-кси-» — химерное.
• Окончание «-цепт» обозначает не антитело, а растворимый рецептор-ловушку.
• Окончание «-ниб» относится уже не к биологическим препаратам, а к малым молекулам — ингибиторам ферментов.
• Средняя часть названия нередко намекает на область применения или мишень.

Разберём на примерах. Омализумаб — гуманизированное антитело, о чём говорит слог «-зу-». Дупилумаб содержит «-у-» и, значит, полностью человеческий. Упадацитиниб оканчивается на «-ниб», то есть это таблетированный ингибитор янус-киназ, а вовсе не биологический препарат.

Миф

Все современные препараты для тяжёлой аллергии — биологические.

Факт

Ингибиторы янус-киназ, активно применяемые при атопическом дерматите, — это малые синтетические молекулы в таблетках. Их относят к таргетной, но не к биологической терапии, и профиль безопасности у них принципиально иной.

1.3. Почему аллергология стала полигоном для биологии

Причина в том, что механизмы аллергического воспаления были расшифрованы раньше и подробнее, чем при большинстве других болезней. Учёные точно знали, какие сигнальные молекулы ведут процесс, и могли выбрать мишень осознанно, а не наугад.¹⁴

Вторая причина — наличие измеримых биомаркёров. Эозинофилы крови, иммуноглобулин E, оксид азота выдыхаемого воздуха позволяют заранее предсказать, ответит ли пациент на конкретный препарат. Такой роскоши нет во многих других областях медицины.

Третья причина сугубо практическая: у тяжёлых пациентов альтернативой были системные гормоны с их тяжёлыми последствиями. Цена вопроса — остеопороз, диабет, катаракта, надпочечниковая недостаточность — оправдывала любые усилия по разработке замены.⁶

1.4. Биоаналоги: можно ли им доверять

Биоаналог — это воспроизведённая версия оригинального биологического препарата, выпущенная после истечения патентной защиты. Полностью идентичной копией он быть не может, поскольку производится другими клеточными линиями по другому технологическому процессу.

Именно поэтому регуляторные требования к биоаналогам жёстче, чем к обычным дженерикам, и включают несколько обязательных этапов:

• Подробное аналитическое сравнение структуры молекулы с оригиналом.
• Доказательство сопоставимой способности связывать мишень в лабораторных условиях.
• Исследование фармакокинетики у здоровых добровольцев или пациентов.
• Клиническое исследование эффективности в наиболее чувствительном показании.
• Оценка иммуногенности — частоты выработки антител против самого препарата.

Прошедший этот путь биоаналог считается терапевтически эквивалентным, и переход на него с оригинала при стабильном состоянии допустим. Тем не менее частые переключения между разными производителями не поощряются: они затрудняют интерпретацию возможных нежелательных явлений.³

Часть 2. Мишени и классы препаратов

2.1. Блокада иммуноглобулина E

Первый и самый старый класс представлен омализумабом. Препарат связывает свободный иммуноглобулин E в крови и не даёт ему сесть на тучные клетки и базофилы. Следом с поверхности этих клеток исчезают высокоаффинные рецепторы, и клетка теряет способность реагировать на аллерген.¹

Показания включают тяжёлую аллергическую астму, хроническую спонтанную крапивницу и полипозный риносинусит. Особенность класса — расчёт дозы по двум параметрам: исходному уровню общего иммуноглобулина E и массе тела пациента.

Практические особенности класса, которые отличают его от остальных, стоит перечислить отдельно:

• Требуется доказанная сенсибилизация к круглогодичному аллергену при астме.
• Уровень общего иммуноглобулина E должен укладываться в границы таблицы дозирования.
• При крапивнице доза фиксированная, а аллергообследование для её расчёта не нужно.
• Контроль иммуноглобулина E на фоне терапии не проводится: показатель искажён.
• Первые введения выполняются в медицинском учреждении с последующим наблюдением.

В последние годы появился второй представитель — лигелизумаб, обладающий более высокой аффинностью к иммуноглобулину E. Его разрабатывают прежде всего для крапивницы, устойчивой к омализумабу, однако широкого клинического применения он пока не получил.

2.2. Блокада интерлейкина-5 и его рецептора

Интерлейкин-5 — главный фактор роста, созревания и выживания эозинофилов. Заблокировав его, можно резко снизить число этих клеток в крови и тканях, что особенно ценно при эозинофильном фенотипе астмы.⁸

Внутри класса есть важное разделение по механизму, которое влияет на выбор:

• Меполизумаб связывает сам интерлейкин-5 и вводится подкожно раз в четыре недели.
• Реслизумаб также связывает интерлейкин-5, но вводится внутривенно с расчётом дозы по массе тела.
• Бенрализумаб блокирует рецептор интерлейкина-5 и дополнительно вызывает гибель эозинофилов.
• Бенрализумаб после трёх стартовых введений применяется всего раз в восемь недель.
• Меполизумаб дополнительно зарегистрирован при эозинофильном гранулематозе с полиангиитом и гиперэозинофильном синдроме.

Практическое отличие бенрализумаба — почти полное исчезновение эозинофилов из крови, тогда как препараты против самого интерлейкина-5 снижают их количество частично. Клинического преимущества это, впрочем, пока убедительно не показало.⁸

2.3. Блокада рецептора интерлейкина-4

Дупилумаб связывается с альфа-субъединицей рецептора интерлейкина-4, общей для интерлейкинов 4 и 13. Одна мишень позволяет выключить сразу два ключевых сигнала воспаления второго типа, чем и объясняется широта показаний препарата.⁴

Сегодня это самый универсальный препарат в аллергологии: атопический дерматит с шести месяцев, бронхиальная астма, полипозный риносинусит, эозинофильный эзофагит, узловатая почесуха и хроническая обструктивная болезнь лёгких с эозинофильным компонентом.

Ближайший родственник по классу — тралокинумаб, блокирующий только интерлейкин-13. Он зарегистрирован при атопическом дерматите и вызывает конъюнктивит несколько реже, но при болезнях дыхательных путей не применяется.⁹

Ещё одно практическое отличие внутри класса касается стероидной зависимости. Препараты против интерлейкина-5 показали наиболее убедительные результаты именно в отмене таблетированных гормонов у пациентов, годами получавших преднизолон. Для таких больных это ключевой аргумент выбора.

2.4. Новые мишени: выше по течению

Все перечисленные препараты работают внутри уже запущенного воспаления второго типа. Логичным следующим шагом стала блокада аларминов — сигналов, которые эпителий дыхательных путей посылает при любом повреждении, запуская каскад с самого начала.

Тезепелумаб блокирует тимический стромальный лимфопоэтин — самый ранний из таких сигналов. Его принципиальное отличие в том, что он работает при тяжёлой астме независимо от фенотипа, включая пациентов с низкими эозинофилами и без аллергии.⁶

Таблица 1. Сравнение основных классов биологических препаратов в аллергологии

Обратите внимание на последнюю колонку последней строки. Отсутствие обязательного биомаркёра делает тезепелумаб вариантом для пациентов, которым по формальным критериям не подходит ни один другой препарат, — и это существенно расширяет круг кандидатов.⁶

Часть 3. Кому показана биологическая терапия

3.1. Обязательная ступень: исключить псевдорезистентность

Прежде чем обсуждать дорогое лечение, врач обязан убедиться, что болезнь действительно не поддаётся стандартной терапии. Опыт специализированных центров показывает: у значительной части направленных пациентов проблема оказывается вовсе не в тяжести заболевания.²

Стандартный аудит перед биологической терапией включает несколько обязательных проверок:

• Пересмотр диагноза: под маской тяжёлой астмы часто скрываются дисфункция голосовых связок и гипервентиляционный синдром.
• Проверка техники ингаляции с демонстрацией пациентом на приёме, а не со слов.
• Оценка приверженности лечению по данным аптечных отпусков или счётчику доз.
• Выявление и лечение сопутствующих состояний: риносинусита, рефлюкса, ожирения, апноэ сна.
• Устранение продолжающегося контакта с причинным аллергеном или профессиональным фактором.
• Прекращение курения, включая электронные системы доставки никотина.

Этот этап нередко воспринимается пациентом как недоверие и волокита. На деле он спасает от дорогостоящего лечения, которое не поможет: если человек не пользуется ингалятором правильно, никакой укол этого не компенсирует.²

ВАЖНО:

Биологическая терапия никогда не заменяет базисное лечение. Ингаляционные глюкокортикостероиды при астме и эмоленты при атопическом дерматите продолжают применяться в полном объёме на протяжении всего курса. Самостоятельная отмена базисной терапии после первого улучшения — самая частая причина возврата обострений.

Полезно понимать и обратную ситуацию. Иногда пациент действительно тяжёлый, но формально не проходит по критериям: эозинофилы низкие из-за постоянного приёма гормонов, а аллергообследование отрицательное. Такие случаи требуют не отказа, а грамотного планирования обследования.

3.2. Фенотипирование: как выбирают препарат

Когда решение о биологической терапии принято, встаёт вопрос выбора конкретного препарата. Прямых сравнительных исследований между ними почти нет, поэтому выбор строится на биомаркёрах, сопутствующих заболеваниях и практических соображениях.⁶

Основные ориентиры при выборе можно свести к следующему перечню:

• Круглогодичная сенсибилизация с подходящим уровнем иммуноглобулина E — кандидат на омализумаб.
• Высокие эозинофилы крови без выраженной аллергии — препараты против интерлейкина-5.
• Гормонозависимая астма с высоким оксидом азота выдыхаемого воздуха — дупилумаб.
• Сочетание астмы с атопическим дерматитом или полипозом носа — дупилумаб.
• Сопутствующий эозинофильный гранулематоз с полиангиитом — меполизумаб.
• Тяжёлая астма без каких-либо маркёров воспаления второго типа — тезепелумаб.

При наложении нескольких критериев выбирают препарат, закрывающий максимум проблем одним назначением. Это не только удобнее пациенту, но и экономически оправданно: одна терапия вместо двух параллельных схем у разных специалистов.

Миф

Если препарат дороже, значит, он сильнее и эффективнее.

Факт

Стоимость биологического препарата определяется технологией производства и патентным статусом, а не клинической эффективностью. Правильно подобранный по фенотипу более дешёвый препарат почти всегда лучше дорогого, но не соответствующего механизму болезни.

3.3. Формальные критерии и врачебная комиссия

Назначение биологической терапии в России проходит через врачебную комиссию. Это не бюрократическое препятствие, а механизм, обеспечивающий обоснованность дорогостоящего лечения и его последующее финансирование из бюджета.

Заключение комиссии опирается на документально подтверждённые факты, поэтому пациенту стоит заранее собрать следующее:

• Выписки о госпитализациях и обращениях за неотложной помощью за последний год.
• Данные спирометрии в динамике при болезнях дыхательных путей.
• Результаты аллергообследования и уровень общего иммуноглобулина E.
• Общий анализ крови с абсолютным числом эозинофилов, желательно вне приёма гормонов.
• Перечень применявшихся препаратов с дозами и длительностью курсов.
• Заполненные опросники контроля симптомов или индексы тяжести в баллах.

Отдельно подчеркну важность анализа крови вне приёма системных гормонов. Преднизолон резко снижает число эозинофилов, и анализ, сданный на его фоне, может формально закрыть пациенту доступ к препарату, который ему объективно показан.¹³

3.4. Дети, беременные и пожилые пациенты

Возрастные границы у препаратов разные и постепенно расширяются по мере накопления данных. Ориентироваться стоит на действующую инструкцию, но общая картина на сегодня выглядит следующим образом:

• Омализумаб разрешён при аллергической астме с шести лет, при крапивнице — с двенадцати.
• Дупилумаб при атопическом дерматите применяется с шести месяцев, при астме — с шести лет.
• Меполизумаб при тяжёлой эозинофильной астме назначают с шести лет.
• Бенрализумаб и тезепелумаб разрешены с двенадцати лет.
• Реслизумаб применяется только у взрослых.

При беременности плановое начало биологической терапии не рекомендуется из-за ограниченности данных. Однако при тяжёлой астме прекращение уже работающей терапии обычно более рискованно, чем её продолжение: неконтролируемая астма сама по себе угрожает плоду.¹⁰

У пожилых пациентов дозы не корректируют, но чаще встречается ситуация, когда одышка обусловлена сердечной недостаточностью или хронической обструктивной болезнью лёгких, а не астмой. Тщательная дифференциальная диагностика здесь особенно важна.⁵

Часть 4. Как назначают и ведут терапию

4.1. Схемы дозирования

Дозирование биологических препаратов подчиняется разной логике в зависимости от класса. Одни требуют расчёта по массе тела и лабораторным показателям, другие применяются в фиксированной дозе. Ниже приведены ориентировочные схемы для взрослых пациентов.

Все дозы и схемы в таблице приведены исключительно в ознакомительных целях. Конкретную дозу, кратность и длительность терапии определяет только лечащий врач в соответствии с официальной инструкцией к препарату и действующими клиническими рекомендациями.

Таблица 2. Ориентировочные схемы дозирования у взрослых

Обратите внимание на разницу в удобстве. Реслизумаб требует визита в стационар каждый месяц, тогда как бенрализумаб после стартового периода вводится всего шесть раз в год. Для работающего человека эта разница может оказаться решающей.⁸

4.2. Оценка эффекта и смена препарата

Единого срока оценки не существует, но общее правило таково: не раньше четырёх месяцев при болезнях дыхательных путей и не раньше трёх при кожных проявлениях. Более ранние выводы приводят к необоснованному отказу от работающего лечения.⁶

Критерии успеха формулируются заранее и фиксируются в медицинской документации. Обычно оценивают следующее:

• Снижение числа тяжёлых обострений не менее чем наполовину по сравнению с предыдущим годом.
• Уменьшение или полная отмена системных глюкокортикостероидов.
• Улучшение опросников контроля симптомов на клинически значимую величину.
• Прирост объёма форсированного выдоха за первую секунду при астме.
• Снижение индексов тяжести поражения кожи при дерматите.
• Отсутствие госпитализаций и обращений за неотложной помощью за период наблюдения.

Если эффекта нет, препарат меняют на средство с другим механизмом действия. Переход обычно выполняют без отмывочного периода: следующую инъекцию нового препарата делают в срок, когда была бы запланирована прежняя. Такая тактика считается безопасной.¹³

Смена препарата не редкость и не признак неудачи. По данным реальной практики, примерно каждый пятый пациент за время лечения меняет биологический препарат хотя бы однажды, и значительная часть таких переходов оказывается успешной.

Существует и промежуточный вариант ответа, который часто вызывает споры. Пациент отмечает субъективное улучшение, но формальные критерии не достигнуты. В такой ситуации решение принимают индивидуально, учитывая качество жизни и отсутствие альтернатив, а срок наблюдения продлевают.

4.3. Безопасность и мониторинг

Общий профиль безопасности класса благоприятен, особенно на фоне альтернативы в виде постоянного приёма системных гормонов. Тем не менее у биологической терапии есть свои специфические риски, о которых нужно знать.

Наиболее значимые из них выглядят так:

• Анафилаксия, наиболее актуальная для омализумаба и реслизумаба, чаще на первых введениях.
• Местные реакции в области инъекции, обычно лёгкие и кратковременные.
• Реактивация паразитарных инвазий при блокаде иммуноглобулина E и эозинофилов.
• Конъюнктивит, характерный для препаратов против интерлейкина-4 и интерлейкина-13.
• Транзиторная эозинофилия крови на фоне дупилумаба.
• Выработка антител к препарату со снижением его эффективности со временем.

Рутинный лабораторный мониторинг для большинства препаратов не требуется — это выгодное отличие от циклоспорина и метотрексата. Обязательным остаётся клиническое наблюдение и правила времени пребывания под контролем после инъекции.⁹

Миф

Биологические препараты подавляют иммунитет, и на них нельзя прививаться.

Факт

Инактивированные вакцины на фоне биологической терапии применяются без ограничений и вызывают полноценный иммунный ответ. Ограничение касается только живых вакцин, которые планируют до начала лечения.

4.4. Как долго продолжается лечение

Биологическая терапия изначально задумывалась как длительная, и большинство пациентов получает её годами. Тем не менее вопрос о возможности отмены обсуждается всё активнее, и в отдельных ситуациях попытка выглядит оправданной.

Обстоятельства, при которых обсуждают снижение нагрузки или отмену, обычно таковы:

• Полный контроль заболевания на протяжении не менее года-двух.
• Отсутствие обострений и полная отмена системных гормонов.
• Нормализация показателей функции внешнего дыхания при астме.
• Устранение значимого триггера, например смена работы или места жительства.
• Планирование беременности при стабильном состоянии.

Отменяют, как правило, постепенно, удлиняя интервал между инъекциями, а не обрывая лечение разом. Синдрома отмены у препаратов этого класса нет, но болезнь возвращается к своему естественному течению, и мониторинг после прекращения обязателен.²

Миф

Если биологический препарат помог, значит, болезнь вылечена и можно всё бросить.

Факт

Биологическая терапия контролирует воспаление, но не устраняет генетическую предрасположенность и не перестраивает иммунную систему навсегда. После отмены заболевание в большинстве случаев постепенно возвращается к прежнему уровню активности.

Часть 5. Организация, стоимость и перспективы

5.1. Как получить препарат в России

Годовая стоимость терапии составляет от нескольких сотен тысяч до полутора миллионов рублей в зависимости от препарата и дозы. Самостоятельно оплачивать такое лечение длительно способны немногие, поэтому вопрос обеспечения становится центральным.

Существующие механизмы получения препарата стоит изучить заранее:

• Федеральная льгота для граждан с установленной инвалидностью.
• Региональная программа лекарственного обеспечения по решению врачебной комиссии.
• Высокотехнологичная медицинская помощь в федеральном центре для инициации терапии.
• Участие в клиническом исследовании с бесплатным предоставлением препарата.
• Программы поддержки пациентов от производителей на этапе старта лечения.

Практический совет: начинайте оформление документов параллельно с обследованием, а не после получения заключения комиссии. Административные сроки нередко превышают медицинские, и потеря нескольких месяцев в тяжёлом состоянии дорого обходится.²

5.2. Что происходит в этой области сейчас

Первое направление развития — биоаналоги. Патентная защита ранних препаратов истекает, и появление воспроизведённых версий заметно снижает стоимость терапии. Для системы здравоохранения это означает возможность лечить в разы больше пациентов.³

Второе направление — поиск маркёров ремиссии. Сегодня никто точно не знает, когда терапию можно безопасно прекратить. Исследования отмены после нескольких лет лечения активно ведутся, и первые результаты обнадёживают.

Третье направление — движение к более ранним стадиям болезни. Если биологическая терапия способна предотвратить необратимую перестройку бронхов, логично применять её не в финале, а раньше. Эта идея пока обсуждается и требует убедительных доказательств.¹²

Помимо этого, в разработке находится целый ряд принципиально новых подходов, о которых стоит знать:

• Блокаторы интерлейкина-33 и его рецептора — ещё одного эпителиального сигнала тревоги.
• Препараты против интерлейкина-31, отвечающего непосредственно за передачу зуда.
• Ингибиторы тирозинкиназы селезёнки, подавляющие активацию тучных клеток.
• Антитела против рецептора KIT, снижающие само количество тучных клеток в тканях.
• Комбинированные подходы, сочетающие биологическую терапию с аллерген-специфической иммунотерапией.

Четвёртое направление — препараты с редким введением. Разрабатываются молекулы с увеличенным периодом полувыведения, допускающие инъекции раз в три-шесть месяцев, что кардинально меняет удобство длительного лечения.¹¹

Наконец, меняется и сама модель наблюдения. Всё больше центров переходит на дистанционный контроль симптомов через приложения и домашние спирометры, что позволяет реже приезжать на очные визиты и раньше замечать надвигающееся обострение.¹¹

5.3. Пошаговый план для пациента

Когда срочно нужно к врачу

Обратитесь за неотложной помощью, если на фоне биологической терапии появился любой из следующих признаков:

Затруднённое дыхание, свистящее дыхание или чувство сдавления горла.

Отёк лица, губ, языка или век после инъекции.

Распространённая сыпь в сочетании с головокружением или слабостью.

Резкое падение артериального давления или предобморочное состояние.

Онемение и слабость в конечностях, впервые возникшие на фоне лечения.

Приступ удушья, не отвечающий на привычный бронхолитик.

Высокая температура с ознобом, сохраняющаяся более суток после инъекции.

Источники

1. Клинические рекомендации «Бронхиальная астма». Министерство здравоохранения Российской Федерации. Россия, 2021.
2. Difficult-to-treat and severe asthma in adolescent and adult patients: diagnosis and management. Global Initiative for Asthma. Швейцария, 2023.
3. Biosimilars in clinical practice: regulatory framework and evidence. European Medicines Agency. Нидерланды, 2022.
4. Guideline for the definition, classification, diagnosis and management of urticaria. EAACI, GA2LEN, EuroGuiDerm, APAAACI. Германия, 2022.
5. Клинические рекомендации «Атопический дерматит». Российское общество дерматовенерологов и косметологов. Россия, 2021.
6. Biologic therapies for severe asthma: clinical practice guideline. European Respiratory Society и American Thoracic Society. США, 2020.
7. Аллергология и иммунология. Национальное руководство. Издательство ГЭОТАР-Медиа. Россия, 2019.
8. Anti-interleukin-5 therapies for asthma: systematic review. Cochrane Database of Systematic Reviews. Великобритания, 2017.
9. Safety of biologics in allergic disease: pooled analysis. Journal of Allergy and Clinical Immunology. США, 2021.
10. Биологическая терапия тяжёлой бронхиальной астмы: опыт применения. Пульмонология. Россия, 2022.
11. Asthma: biological therapies and severe asthma services. National Health Service. Великобритания, 2023.
12. Asthma: diagnosis, monitoring and chronic asthma management. National Institute for Health and Care Excellence. Великобритания, 2021.
13. Федеральные клинические рекомендации по ведению больных тяжёлой бронхиальной астмой. Российское респираторное общество. Россия, 2022.
14. Targeting type 2 inflammation: from mechanism to therapy. Nature Reviews Immunology. Великобритания, 2020.

Материал носит информационный характер и не заменяет очной консультации врача. Названия препаратов, дозы и схемы приведены в ознакомительных целях. Решение о назначении биологической терапии принимает только лечащий врач.

Подробнее
об авторе >

Автор: Гордей Каренин

Кандидат медицинских наук

• Главный научный редактор журнала SapiensMed
• Врач акушер-гинеколог c 20-ти летним опытом
• Постоянный спикер международных медицинских конференций
• Автор более 1000 публикаций

Автор: Гордей Каренин

Подробнее об авторе >

Кандидат медицинских наук

• Главный научный редактор журнала SapiensMed
• Врач акушер-гинеколог c 20-ти летним опытом
• Постоянный спикер международных медицинских конференций
• Автор более 1000 публикаций