Как лечат СПКЯ: почему нет одной таблетки от всего

Рубрика: Гинекология

Термины: Ановуляция Антиандрогены Диеногест Дроспиренон Кломифен Клостилбегит Комбинированные оральные контрацептивы (КОК) Летрозол Лираглутид Метформин Олигоовуляция Семаглутид Синдром поликистозных яичников (СПКЯ) Спиронолактон Финастерид Циприотерона ацетат Этинилэстрадиол

Материалы SapiensMed не заменяют консультацию врача

Вы можете поделиться статьей или скачать ее в PDF формате

Здравствуйте, друзья! В нашем традиционном лонгриде поговорим о том, как лечат синдром поликистозных яичников: какие препараты применяют, на что они реально влияют и почему одной универсальной таблетки от этого состояния не существует. Разберём, чем отличаются цели терапии у женщины, которая планирует беременность, и у той, кого беспокоят акне, лишние волосы и нерегулярный цикл.

Мы подробно рассмотрим четыре независимых направления лечения: нормализацию цикла и защиту эндометрия, коррекцию инсулинорезистентности, борьбу с гиперандрогенией и индукцию овуляции. Обсудим комбинированные оральные контрацептивы, метформин, антиандрогены, кломифен и летрозол, агонисты рецепторов глюкагоноподобного пептида-1, а также то, почему изменение образа жизни остаётся первой линией во всех современных рекомендациях.

Отдельно поговорим о долгосрочных рисках — сахарном диабете второго типа, дислипидемии, жировой болезни печени и гиперплазии эндометрия — и о том, по каким маркерам и в какие сроки оценивают эффект терапии. В конце вас ждёт пошаговый план действий, перечень признаков, требующих срочного обращения к врачу, и краткое резюме по каждому разделу статьи.

Часть 1. Что именно мы лечим: один диагноз и четыре разные задачи

1.1. Роттердамские критерии: почему диагноз собирается из трёх деталей

Синдром поликистозных яичников (СПКЯ) — это не болезнь одного органа, а системное эндокринно-метаболическое состояние. Диагноз ставится по Роттердамским критериям, принятым в 2003 году и подтверждённым в международном руководстве 2023 года: достаточно двух признаков из трёх¹.

Три диагностических признака выглядят так:

• Олиго- или анову­ляция — редкие овуляции либо их полное отсутствие; клинически это цикл длиннее 35 дней или менее восьми менструаций в год.
• Клиническая либо биохимическая гиперандрогения — избыток мужских половых гормонов, проявляющийся гирсутизмом, акне, алопецией или повышенным свободным тестостероном.
• Поликистозная морфология яичников по УЗИ — 20 и более антральных фолликулов размером 2–9 мм в одном яичнике либо объём яичника более 10 мл.

Важная деталь: у подростков в первые восемь лет после менархе (первой менструации) ультразвуковой критерий не применяется вовсе, поскольку множественные фолликулы — норма для незрелой оси². Диагноз в этом возрасте требует одновременно нарушения цикла и гиперандрогении.

СПКЯ — диагноз исключения. Прежде чем его поставить, врач обязан отвергнуть состояния с похожей картиной: неклассическую форму врождённой дисфункции коры надпочечников, гиперпролактинемию, патологию щитовидной железы, синдром Кушинга и андрогенпродуцирующие опухоли³.

Из комбинаций критериев складываются клинические фенотипы, и они существенно различаются по метаболическому риску:

• Полный фенотип A — анову­ляция, гиперандрогения и поликистозная морфология одновременно; самый выраженный метаболический риск.
• Фенотип B — анову­ляция и гиперандрогения без ультразвуковых изменений; риск сопоставим с полным вариантом.
• Овуляторный фенотип C — гиперандрогения и поликистозные яичники при сохранённых овуляциях; метаболические нарушения умереннее.
• Неандрогенный фенотип D — анову­ляция и морфология яичников без избытка андрогенов; наиболее благоприятный метаболически.

Знание фенотипа влияет на тактику: при варианте D упор делается на защиту эндометрия и восстановление овуляции, при вариантах A и B — на метаболическую коррекцию и антиандрогенную терапию. Распространённость синдрома в целом составляет 8–13 % женщин репродуктивного возраста, и до 70 % случаев остаются недиагностированными².

Миф

СПКЯ — это когда на УЗИ нашли много кист в яичниках.

Факт

«Кисты» при СПКЯ — это на самом деле не кисты, а остановившиеся в развитии антральные фолликулы диаметром 2–9 мм. Одной картинки УЗИ для диагноза недостаточно: поликистозная морфология встречается у 20–30 % здоровых женщин без нарушений цикла и без гиперандрогении.

1.2. Четыре независимые цели терапии

Именно из-за составного характера диагноза «таблетки от СПКЯ» не существует в принципе. Причина в том, что синдром складывается из нескольких относительно самостоятельных проблем, и препарат, эффективно решающий одну из них, может быть бесполезен или прямо противопоказан при другой.

Практическая терапия строится вокруг четырёх целей:

• Регуляция цикла и защита эндометрия — внутренней слизистой оболочки матки, которая при отсутствии овуляции месяцами не отторгается и разрастается.
• Коррекция метаболических нарушений — инсулинорезистентности, нарушенной толерантности к глюкозе, дислипидемии, избыточной массы тела.
• Устранение проявлений гиперандрогении — гирсутизма, акне, андрогенной алопеции.
• Достижение беременности через восстановление или индукцию овуляции.

Конфликт целей нагляден: комбинированные оральные контрацептивы (КОК) прекрасно решают первую и третью задачи, но полностью блокируют четвёртую. Кломифен и летрозол работают на четвёртую цель, но никак не помогают при акне⁴.

Поэтому первый вопрос грамотного врача звучит не «какой у вас СПКЯ», а «что вас беспокоит сейчас и планируете ли вы беременность в течение года». От ответа зависит вся схема.

ВАЖНО:

Схема лечения СПКЯ пересобирается заново при каждой смене репродуктивных планов. Препараты, оптимальные для двадцатилетней студентки с акне, будут неуместны для тридцатипятилетней женщины, планирующей беременность в ближайшие месяцы. Просить продлить старый рецепт «как в прошлый раз» — плохая стратегия.

1.3. Метаболическое ядро: инсулинорезистентность и гиперандрогения

В основе большинства проявлений синдрома лежит порочный круг. Инсулинорезистентность — сниженная чувствительность тканей к инсулину — заставляет поджелудочную железу вырабатывать гормон с избытком. Компенсаторная гиперинсулинемия выявляется у 60–80 % женщин с СПКЯ независимо от массы тела⁸.

Далее избыток инсулина действует сразу по трём направлениям. Он напрямую стимулирует тека-клетки яичника к синтезу андрогенов, подавляет продукцию печенью глобулина, связывающего половые стероиды (ГСПС), и усиливает чувствительность яичника к лютеинизирующему гормону.

Снижение ГСПС критично: этот белок связывает тестостерон в крови, и при его дефиците доля свободного, биологически активного гормона растёт даже при нормальном общем тестостероне¹². Именно свободная фракция вызывает гирсутизм и акне.

Избыток андрогенов, в свою очередь, нарушает отбор доминантного фолликула. Фолликулы останавливаются на стадии 2–9 мм, овуляция не происходит, а множественные остановленные фолликулы формируют ту самую УЗИ-картину. Круг замыкается: висцеральный жир усиливает инсулинорезистентность, а андрогены усиливают его накопление.

Заподозрить инсулинорезистентность можно ещё до анализов по совокупности признаков:

• Чёрный акантоз — бархатистые тёмные утолщения кожи на задней поверхности шеи, в подмышечных и паховых складках.
• Множественные мелкие кожные выросты, акрохордоны, в тех же зонах трения.
• Абдоминальный тип распределения жира с окружностью талии более 80 см.
• Выраженная сонливость и тяга к сладкому через 1–2 часа после углеводной еды.
• Индекс HOMA-IR выше 2,5–2,7 при расчёте по глюкозе и инсулину натощак.

Понимание этого механизма объясняет, почему модификация образа жизни и метформин работают не как «общеукрепляющие» меры, а как патогенетическая терапия — они бьют по началу цепочки, а не по её последствиям.

Часть 2. База, которая назначается всем

2.1. Модификация образа жизни: первая линия во всех рекомендациях

Международное руководство 2023 года и российские клинические рекомендации единогласны: изменение образа жизни — базовая терапия для всех женщин с СПКЯ, независимо от массы тела и от того, какие препараты добавлены сверху¹².

Цифры выглядят скромно, но эффект непропорционально велик. Снижение массы тела на 5–10 % от исходной у женщин с избыточным весом восстанавливает овуляторные циклы примерно у половины пациенток, снижает общий тестостерон на 20–25 % и уменьшает риск гестационного диабета¹³.

Механизм понятен: висцеральная жировая ткань метаболически активна. Она выделяет свободные жирные кислоты и провоспалительные цитокины, поддерживающие инсулинорезистентность, а также содержит ароматазу, превращающую андрогены в эстрон — источник хронической ациклической эстрогенной стимуляции эндометрия.

Миф

При СПКЯ похудеть невозможно, потому что во всём виноваты гормоны.

Факт

Похудеть при СПКЯ действительно труднее: базальный расход энергии в среднем ниже, а гиперинсулинемия усиливает аппетит и липогенез. Но исследования показывают, что при одинаковом дефиците калорий женщины с СПКЯ теряют вес сопоставимо с контрольной группой. Разница не в потолке результата, а в требуемом усилии.

2.2. Конкретные параметры питания и активности

Универсальной «диеты при СПКЯ» не существует: сравнительные исследования не выявили превосходства низкоуглеводных, средиземноморских или низкожировых схем друг над другом при равном дефиците калорий¹³. Значение имеет достижимый и удерживаемый дефицит.

Практические ориентиры, которые фигурируют в рекомендациях:

• Дефицит 500–750 ккал в сутки от расчётной потребности — это ориентировочно 1200–1500 ккал для большинства взрослых женщин.
• Не менее 150 минут аэробной нагрузки умеренной интенсивности в неделю либо 75 минут интенсивной для профилактики метаболических осложнений.
• При цели снижения веса — 250 минут умеренной активности в неделю плюс силовые тренировки на основные группы мышц дважды в неделю.
• Ограничение продуктов с высоким гликемическим индексом в пользу медленных углеводов, клетчатки 25–30 г в сутки и достаточного количества белка.

Силовые тренировки заслуживают отдельного упоминания. Мышечная ткань — главный потребитель глюкозы, и рост мышечной массы улучшает чувствительность к инсулину даже без изменения веса на весах. Для женщин с нормальным индексом массы тела и «худым» фенотипом СПКЯ это основной инструмент.

2.3. Витамин D, инозитол и другие добавки

Дефицит витамина D встречается у 67–85 % женщин с СПКЯ и ассоциирован с большей выраженностью инсулинорезистентности³. Коррекция дефицита оправдана, но не заменяет основную терапию: как самостоятельный метод восстановления овуляции витамин D не работает.

Инозитолы — мио-инозитол и D-хиро-инозитол — участвуют во внутриклеточном сигнальном каскаде инсулина. Метаанализы показывают умеренное улучшение чувствительности к инсулину и частоты овуляции, однако качество исследований низкое, и международное руководство относит инозитол к средствам с недоказанной эффективностью⁶.

К добавкам с обсуждаемой, но не подтверждённой пользой относятся:

• Мио-инозитол в дозе 2000–4000 мг в сутки, часто в комбинации с D-хиро-инозитолом в соотношении 40 к 1.
• Омега-3 полиненасыщенные жирные кислоты — умеренное снижение триглицеридов без влияния на овуляцию.
• N-ацетилцистеин — единичные работы о сопоставимости с метформином при малой выборке.
• Хром, берберин, коэнзим Q10 — данные предварительные, стандартизированных доз нет.

Здравый подход: добавки могут дополнять терапию, но выбор между «метформин или инозитол» в пользу второго при выраженных метаболических нарушениях ничем не обоснован.

Часть 3. Лекарственные направления: что под какую цель

3.1. Комбинированные оральные контрацептивы

КОК — препараты первой линии для регуляции цикла и лечения гиперандрогении у женщин, не планирующих беременность⁹. Этинилэстрадиол в их составе повышает синтез ГСПС в печени в 2–3 раза, что резко снижает свободный тестостерон.

Одновременно прогестагенный компонент подавляет секрецию лютеинизирующего гормона гипофизом, уменьшая яичниковую продукцию андрогенов, и обеспечивает регулярное отторжение эндометрия. Последнее — не косметика, а профилактика гиперплазии и рака эндометрия.

Ключевой момент — выбор прогестагена. Антиандрогенные прогестагены (дроспиренон, диеногест, хлормадинон, ципротерона ацетат) дополнительно блокируют рецепторы андрогенов, тогда как левоноргестрел обладает остаточной андрогенной активностью и при выраженном гирсутизме менее удачен.

Однако у КОК есть жёсткие противопоказания, и при СПКЯ они встречаются чаще среднего из-за сопутствующего ожирения:

• Мигрень с аурой в любом возрасте — из-за повышенного риска ишемического инсульта.
• Курение более 15 сигарет в сутки в возрасте старше 35 лет.
• Артериальная гипертензия с уровнем давления от 160 на 100 мм ртутного столба.
• Венозные тромбоэмболические осложнения в анамнезе или известная тромбофилия.
• Тяжёлые заболевания печени, гормонозависимые опухоли, индекс массы тела выше 35 кг/м² в сочетании с другими факторами риска.

Отдельная оговорка про Диане-35 и аналоги с ципротерона ацетатом: из-за более высокого риска венозных тромбозов они рассматриваются не как средство контрацепции первого выбора, а как терапия тяжёлого гирсутизма и акне при неэффективности других КОК⁴.

3.2. Метформин и инсулиносенситайзеры

Метформин снижает продукцию глюкозы печенью и улучшает периферическую утилизацию глюкозы через активацию АМФ-активируемой протеинкиназы. При СПКЯ он назначается при нарушенной толерантности к глюкозе, индексе массы тела выше 25 кг/м² и метаболическом синдроме⁷.

Кокрейновский обзор 2020 года подтверждает: метформин повышает частоту овуляции и клинической беременности по сравнению с плацебо, но уступает летрозолу в качестве средства индукции овуляции⁷. Его роль — метаболическая, а репродуктивный эффект вторичен.

Ожидаемые эффекты метформина при СПКЯ:

• Снижение уровня инсулина натощак и индекса HOMA-IR на 20–30 % за три-шесть месяцев.
• Снижение общего тестостерона примерно на 10–20 % — заметно слабее, чем у КОК.
• Восстановление регулярного цикла у 30–50 % пациенток, чаще при исходной гиперинсулинемии.
• Умеренное снижение массы тела в среднем на 1–3 кг, преимущественно за счёт висцерального жира.
• Снижение риска перехода нарушенной толерантности к глюкозе в диабет второго типа.

3.3. Антиандрогены

Когда КОК за 6–12 месяцев не дали достаточного косметического результата, к терапии добавляют антиандрогены. Спиронолактон блокирует рецепторы андрогенов и подавляет фермент 5-альфа-редуктазу, превращающую тестостерон в более активный дигидротестостерон⁵.

Главное правило: любой антиандроген требует надёжной контрацепции. Эти препараты обладают потенциальной тератогенностью — риском нарушения формирования наружных половых органов у плода мужского пола, поэтому комбинация с КОК не только повышает эффективность, но и решает вопрос безопасности.

Второе правило — терпение. Цикл роста волоса длится 3–6 месяцев, и оценивать эффект раньше полугода бессмысленно. Значимое уменьшение гирсутизма фиксируется к 9–12 месяцам непрерывной терапии.

3.4. Индукция овуляции

Если беременность не наступает при регулярной половой жизни в течение 12 месяцев (или 6 месяцев после 35 лет), а овуляции отсутствуют, переходят к её индукции. Летрозол — ингибитор ароматазы — признан препаратом первой линии в руководстве 2023 года¹¹.

Кломифена цитрат — селективный модулятор эстрогеновых рецепторов — остаётся альтернативой, но уступает летрозолу по частоте овуляции, живорождения и даёт больше многоплодных беременностей. Резистентность к кломифену развивается у 15–40 % женщин с СПКЯ¹¹.

Обязательное условие перед любой стимуляцией — оценка проходимости маточных труб и спермограмма партнёра. Стимулировать овуляцию при непроходимых трубах или тяжёлой патоспермии бессмысленно и небезопасно.

Перечень обязательных условий перед началом индукции овуляции выглядит так:

• Подтверждённая проходимость маточных труб по гистеросальпингографии или лапароскопии.
• Спермограмма партнёра с оценкой концентрации, подвижности и морфологии.
• Нормальный уровень пролактина и тиреотропного гормона, компенсированная функция щитовидной железы.
• Индекс массы тела, приведённый по возможности ближе к 30 кг/м² и ниже — это повышает результативность стимуляции.
• Возможность ультразвукового мониторинга роста фолликулов в каждом стимулируемом цикле.

Миф

Метформин помогает забеременеть, поэтому его достаточно вместо стимуляции овуляции.

Факт

Метформин уступает летрозолу и кломифену по частоте овуляции и живорождения. Как самостоятельное средство индукции овуляции он не рекомендован. Его добавление к стимуляции оправдано при индексе массы тела выше 30 кг/м² и при подготовке к процедурам вспомогательных репродуктивных технологий для снижения риска гиперстимуляции.

3.5. Агонисты ГПП-1 и хирургические методы

Агонисты рецепторов глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1) — лираглутид, семаглутид — обеспечивают снижение массы тела на 8–15 % и заметное улучшение метаболических показателей. При СПКЯ с ожирением они рассматриваются как средство подготовки к беременности, но не как терапия самого синдрома¹⁴.

Критическое ограничение: препараты этой группы отменяют минимум за 1–2 месяца до планируемого зачатия, поскольку данных об их безопасности при беременности недостаточно. Использовать их «параллельно попыткам» нельзя.

Бариатрическая хирургия обсуждается при индексе массы тела выше 35–40 кг/м² с сопутствующими осложнениями. Восстановление овуляции после неё наблюдается у большинства пациенток, но беременность рекомендуют отложить на 12–18 месяцев из-за риска дефицитов микронутриентов¹⁰.

Чтобы систематизировать всё сказанное, сведём направления терапии в сравнительную таблицу — она показывает, какая цель какими средствами достигается и чего от них ждать не следует.

Таблица 1. Направления терапии СПКЯ: цели, механизмы и ограничения

Из таблицы видно главное: цели не взаимозаменяемы, и подбор конкретной молекулы внутри каждого направления — задача врача. Ниже приведены типичные диапазоны доз, встречающиеся в клинических рекомендациях, — они помогают понять логику назначений, а не заменяют рецепт.

Все дозировки приведены исключительно в ознакомительных целях. Подбор препарата, дозы и длительности терапии возможен только лечащим врачом после обследования.

Таблица 2. Ориентировочные схемы препаратов, применяемых при СПКЯ

Часть 4. Долгосрочные риски и контроль эффективности

4.1. Метаболические и кардиологические риски

СПКЯ — не только гинекологическая проблема. Научное заявление Американской кардиологической ассоциации 2022 года относит синдром к независимым факторам кардиометаболического риска у женщин репродуктивного возраста¹⁴.

Конкретные цифры риска, которые важно знать:

• Риск сахарного диабета второго типа повышен в 3–4 раза, причём дебют смещён на 10–20 лет раньше среднего.
• Нарушенная толерантность к глюкозе выявляется у 30–35 % женщин с СПКЯ и ожирением.
• Гестационный диабет развивается втрое чаще, преэклампсия — примерно вдвое чаще.
• Неалкогольная жировая болезнь печени встречается у 35–70 % пациенток, часто при нормальных трансаминазах.
• Дислипидемия с низким холестерином высокой плотности и высокими триглицеридами регистрируется у 70 % пациенток.

Практический вывод: пероральный глюкозотолерантный тест с 75 г глюкозы рекомендован при постановке диагноза и далее каждые 1–3 года, а при планировании беременности — обязательно². Гликированный гемоглобин в этой группе менее чувствителен и не заменяет тест.

4.2. Защита эндометрия — недооценённая задача

При хронической анову­ляции эндометрий месяцами находится под действием эстрогенов без противовеса прогестерона. Результат — гиперплазия, а при длительном сохранении ситуации риск рака эндометрия возрастает в 2–6 раз⁹.

Отсюда практическое правило: минимально допустимая частота менструаций — не менее четырёх в год. Если женщина не хочет или не может принимать КОК, применяются альтернативные способы защиты эндометрия.

Варианты защиты эндометрия при отказе от КОК:

• Циклический прогестаген — дидрогестерон или микронизированный прогестерон 10–14 дней каждого месяца или раз в квартал.
• Левоноргестрел-выделяющая внутриматочная система с длительностью действия до пяти лет.
• Метформин в комбинации с модификацией образа жизни при восстановлении собственных овуляций.
• Регулярное ультразвуковое измерение толщины эндометрия при сохраняющейся анову­ляции.

Миф

Если менструаций нет, но ничего не болит, лечиться не обязательно.

Факт

Отсутствие менструаций при СПКЯ — не «отдых организма», а признак непрерывной эстрогенной стимуляции эндометрия без прогестеронового противовеса. Гиперплазия эндометрия развивается бессимптомно и обнаруживается уже на стадии, требующей выскабливания. Минимальная цель терапии — не менее четырёх менструаций в год.

4.3. Психическое здоровье и качество жизни

Международное руководство прямо предписывает скрининг на депрессию и тревожные расстройства у всех женщин с СПКЯ при постановке диагноза⁶. Распространённость умеренной и тяжёлой депрессивной симптоматики в этой группе достигает 25–35 % — втрое выше популяционной.

Причины комплексные: влияние гиперандрогении на настроение, психологическая нагрузка гирсутизма и акне, бесплодие, повторяющиеся неудачи в снижении веса. Расстройства пищевого поведения, включая компульсивное переедание, встречаются также чаще среднего.

Игнорировать эту сторону нельзя ещё и потому, что депрессия резко снижает приверженность терапии — а вся стратегия при СПКЯ построена на длительной, годами измеряемой регулярности приёма и поведенческих изменений.

4.4. Как понять, что лечение работает

Пожалуй, самая частая причина разочарования в терапии СПКЯ — неверные сроки ожиданий. Каждая цель имеет собственный временной горизонт, и оценивать всё через месяц одинаково бесполезно.

Ориентировочные сроки оценки эффекта по направлениям:

• Акне — первое улучшение через 8–12 недель, стабильный результат к 6 месяцам.
• Гирсутизм — заметное уменьшение не ранее 6 месяцев, оценка по шкале Ферримана-Голлвея через 9–12 месяцев.
• Регулярность цикла на КОК — с первого же цикла приёма; собственная овуляция после отмены — через 2–3 месяца.
• Инсулинорезистентность на метформине — контроль глюкозы и инсулина натощак через 3 и 6 месяцев.
• Овуляция на летрозоле или кломифене — контроль в первом же цикле по УЗИ и прогестерону на 21-й день.
• Масса тела — реалистичный ориентир 0,5–1 кг в неделю, устойчивое удержание оценивается через год.

Отдельно стоит сказать о том, чего терапия не делает. Ни один препарат не излечивает СПКЯ окончательно: после отмены КОК цикл возвращается к исходному состоянию в течение нескольких месяцев, а после прекращения диеты метаболические показатели ухудшаются⁵.

Это не аргумент против лечения, а аргумент в пользу пожизненной стратегии. Хорошая новость в том, что с возрастом выраженность гиперандрогении естественно снижается, и после 35–40 лет циклы у многих женщин с СПКЯ становятся более регулярными.

Миф

СПКЯ лечится курсом препаратов — пропил и вылечился.

Факт

СПКЯ — хроническое состояние с генетической предрасположенностью, и полного излечения не существует. Терапия управляет проявлениями: пока препарат принимается и образ жизни поддерживается, показатели контролируются. Единственный компонент со стойким последействием — устойчивое снижение массы тела, которое сохраняет метаболический эффект и после окончания активной фазы.

4.5. План наблюдения: что и как часто проверять

Поскольку СПКЯ сопровождает женщину десятилетиями, наблюдение важнее разового обследования. Международное руководство описывает регулярный мониторинг как обязательную часть управления синдромом, а не как перестраховку⁶.

Разумный минимум регулярного контроля включает:

• Измерение артериального давления, окружности талии и массы тела при каждом визите, не реже раза в год.
• Глюкозотолерантный тест с 75 г глюкозы каждые 1–3 года и обязательно перед планированием беременности.
• Липидограмма с оценкой холестерина низкой и высокой плотности и триглицеридов раз в 1–2 года.
• Ультразвуковая оценка толщины эндометрия при сохраняющихся длительных задержках менструаций.
• Печёночные показатели и при необходимости эластометрия при индексе массы тела выше 30 кг/м².
• Опросник на депрессию и тревогу при постановке диагноза и далее при изменении самочувствия.

Особая точка внимания — беременность. У женщин с СПКЯ повышен риск гестационного диабета, преэклампсии и преждевременных родов, поэтому глюкозотолерантный тест выполняют не только на сроке 24–28 недель, но и при первом визите².

Пошаговый план действий при подозрении на СПКЯ

Когда срочно нужно к врачу

Обратитесь к врачу без ожидания плановой записи, если появился хотя бы один из признаков:

Обильное или длительное маточное кровотечение после нескольких месяцев отсутствия менструаций

Отсутствие менструаций более шести месяцев при исключённой беременности

Быстрое, за несколько месяцев, нарастание оволосения, огрубение голоса или увеличение клитора

Резкая односторонняя боль в животе на фоне стимуляции овуляции, вздутие и стремительная прибавка веса

Одышка, боль в груди, отёк и боль в одной ноге на фоне приёма контрацептивов

Жажда, обильное мочеиспускание и потеря веса без причины

Источники

1. Клинические рекомендации «Синдром поликистозных яичников». Российское общество акушеров-гинекологов, Минздрав РФ. Россия, 2021.
2. International Evidence-based Guideline for the Assessment and Management of Polycystic Ovary Syndrome. Monash University, CREPCOS, ESHRE, ASRM. Австралия, 2023.
3. Дедов И. И., Мельниченко Г. А. и соавт. Эндокринология: национальное руководство. ГЭОТАР-Медиа. Россия, 2019.
4. Polycystic ovary syndrome: assessment and management. National Institute for Health and Care Excellence, Clinical Knowledge Summaries. Великобритания, 2022.
5. Чернуха Г. Е., Найдукова А. А. Синдром поликистозных яичников: современные подходы к терапии. Журнал «Акушерство и гинекология». Россия, 2019.
6. Recommendations from the 2023 International Evidence-based Guideline for the Assessment and Management of PCOS. Human Reproduction, ESHRE. Европа, 2023.
7. Metformin and other insulin-sensitising drugs for polycystic ovary syndrome. Cochrane Database of Systematic Reviews. Великобритания, 2020.
8. Андреева Е. Н., Григорян О. Р., Шереметьева Е. В. Инсулинорезистентность и репродуктивное здоровье женщины. Журнал «Проблемы эндокринологии», НМИЦ эндокринологии. Россия, 2020.
9. Polycystic Ovary Syndrome. Practice Bulletin, American College of Obstetricians and Gynecologists. США, 2018.
10. Григорян О. Р., Андреева Е. Н. Ожирение и репродуктивная функция женщины. Журнал «Проблемы репродукции». Россия, 2021.
11. Ovulation induction with letrozole versus clomiphene citrate in women with polycystic ovary syndrome. Cochrane Database of Systematic Reviews. Великобритания, 2022.
12. Мишарина Е. В., Боровик Н. В., Потин В. В. Метаболические нарушения при синдроме поликистозных яичников. Журнал акушерства и женских болезней. Россия, 2018.
13. Lifestyle changes in women with polycystic ovary syndrome. Cochrane Database of Systematic Reviews. Великобритания, 2019.
14. Polycystic Ovary Syndrome and Cardiometabolic Risk: Scientific Statement. American Heart Association, Circulation. США, 2022.

Материал носит информационно-просветительский характер и не заменяет консультацию врача. Диагностика синдрома поликистозных яичников и подбор терапии возможны только специалистом после личного осмотра и обследования.

Подробнее
об авторе >

Автор: Гордей Каренин

Кандидат медицинских наук

• Главный научный редактор журнала SapiensMed
• Врач акушер-гинеколог c 20-ти летним опытом
• Постоянный спикер международных медицинских конференций
• Автор более 1000 публикаций

Автор: Гордей Каренин

Подробнее об авторе >

Кандидат медицинских наук

• Главный научный редактор журнала SapiensMed
• Врач акушер-гинеколог c 20-ти летним опытом
• Постоянный спикер международных медицинских конференций
• Автор более 1000 публикаций