Черепно-мозговая травма средней и тяжёлой степени: чего ожидать

Рубрика: Неврология

Термины: Черепно-мозговая травма (ЧМТ)

Материалы SapiensMed не заменяют консультацию врача

Вы можете поделиться статьей или скачать ее в PDF формате

Здравствуйте, друзья! В нашем традиционном лонгриде поговорим о черепно-мозговой травме средней и тяжёлой степени — той ситуации, которая обрушивается на семью внезапно и переворачивает жизнь сразу всех её членов. «Сын попал в аварию, врачи говорят про тяжёлую ЧМТ — что нас ждёт?», «Мужа сейчас выводят из медикаментозной комы, что мне ожидать?», «Прошло шесть месяцев после травмы, восстановление идёт медленно — это нормально?», «Папа стал совсем другим человеком — это пройдёт?» — такие вопросы звучат от родственников пациентов в реанимациях и реабилитационных отделениях каждый день, и они абсолютно понятны.

Мы разберём, что такое черепно-мозговая травма средней и тяжёлой степени, чем она отличается от лёгкого сотрясения, какие виды повреждений бывают и что происходит в острый период в реанимации. Поговорим о прогнозе — какие факторы определяют исход, какими бывают временные рамки восстановления и что вообще скрывается за словами «хороший» и «плохой» исход. Подробно обсудим долгосрочные последствия — физические, когнитивные, эмоциональные — и реабилитацию, без розовых обещаний, но и без пессимизма. Отдельно — о том, что предстоит близким пациента, и почему собственное выгорание ухаживающих — отдельная медицинская проблема.

В конце вас ждёт краткое резюме по каждому разделу статьи, чтобы вы могли вернуться к ключевым мыслям и обсудить их со своим врачом, реабилитологом или нейропсихологом.

Часть 1. Что такое черепно-мозговая травма средней и тяжёлой степени

Сразу важно навести порядок в терминах. Черепно-мозговая травма (ЧМТ) — это любое повреждение головного мозга, вызванное внешним механическим воздействием: ударом, падением, проникающим ранением. Степень тяжести бывает очень разной — от лёгкого сотрясения, после которого человек самостоятельно встаёт и идёт домой, до состояний с длительной комой, реанимацией и тяжёлыми пожизненными последствиями. Именно эта разница в тяжести определяет всё дальнейшее, и потому первое, что делают в больнице, — это оценка степени тяжести.

1.1. Шкала комы Глазго и классификация

Основной инструмент оценки тяжести ЧМТ в острый период — это шкала комы Глазго (Glasgow Coma Scale, ШКГ или GCS). Её придумали в 1974 году в шотландском городе Глазго, и с тех пор она стала международным стандартом. Шкала оценивает три параметра: открывание глаз, словесный ответ и двигательную реакцию. По каждому пункту начисляются баллы, общая сумма от 3 до 15¹.

На основании оценки по этой шкале выделяют три степени тяжести. Лёгкая ЧМТ — 13–15 баллов; сюда же относят классическое сотрясение головного мозга. Средняя степень — 9–12 баллов; обычно это потеря или нарушение сознания продолжительностью от получаса до нескольких часов и отчётливые неврологические симптомы. Тяжёлая ЧМТ — 8 баллов и меньше; это уже состояние комы с длительной утратой сознания, тяжёлыми повреждениями структур мозга и обязательным лечением в реанимации². По данным крупных регистров, лёгкая ЧМТ составляет около 80% всех случаев, средняя — около 10%, тяжёлая — около 10%. И именно последние две группы — предмет этой статьи.

Современные классификации, конечно, не сводятся только к шкале Глазго. Учитываются длительность утраты сознания, длительность посттравматической амнезии (период, который пациент потом не может вспомнить), результаты компьютерной томографии. У одного человека могут быть умеренные неврологические нарушения при «средней» формальной оценке, у другого — наоборот, формально «лёгкая» травма с тяжёлыми последствиями из-за конкретного повреждения. Поэтому окончательную оценку всегда даёт врач, опираясь на всю клиническую картину.

1.2. Первичное и вторичное повреждение

Чтобы понимать, что происходит в реанимации и почему даже после «успешной» операции состояние пациента может ухудшаться, важно различать два типа повреждений — первичное и вторичное³.

Первичное повреждение — это то, что происходит непосредственно в момент травмы. Удар, разрыв сосудов и нервных волокон, формирование гематом, ушибы мозга. Это уже случилось к моменту прибытия скорой помощи, и медицина не может его «отменить». Можно только не дать ему развиться дальше — удалить гематому, остановить кровотечение, стабилизировать пациента.

Вторичное повреждение — это то, что развивается в последующие часы и сутки после травмы. Отёк мозга, нарушение кровоснабжения, нехватка кислорода, повышение внутричерепного давления, токсические эффекты разрушенных клеток на соседние, воспалительные процессы. Именно борьба с вторичным повреждением и составляет основное содержание реанимационного лечения. Хорошие шансы на восстановление зависят не столько от того, что произошло в момент травмы, сколько от того, удастся ли минимизировать вторичные процессы в первые часы и дни.

1.3. Виды повреждений

За диагнозом «черепно-мозговая травма» может скрываться очень разное содержание. Основные виды повреждений, которые видят нейрохирурги и врачи реанимации:

• Ушиб головного мозга — локальное повреждение мозговой ткани в месте удара или на противоположной стороне (так называемый противоудар).
• Эпидуральная гематома — кровоизлияние между костью черепа и твёрдой мозговой оболочкой, обычно из артериального источника, развивается быстро и требует экстренной операции.
• Субдуральная гематома — кровоизлияние под твёрдой мозговой оболочкой, чаще венозного происхождения, может развиваться остро или хронически.
• Внутримозговое кровоизлияние — кровотечение в саму ткань мозга.
• Травматическое субарахноидальное кровоизлияние — кровь под паутинной оболочкой мозга.
• Диффузное аксональное повреждение (ДАП) — обширное повреждение нервных волокон во многих участках мозга, типичное для травм с резким ускорением-торможением, например, в дорожно-транспортных происшествиях.
• Переломы костей черепа — особенно опасны переломы основания черепа с риском истечения мозговой жидкости и инфицирования.
• Проникающие ранения — например, при огнестрельных или колотых травмах.

У одного пациента может быть сочетание нескольких видов повреждений. И именно сочетание, а не каждое из них по отдельности, определяет тяжесть состояния и прогноз. Особенно неблагоприятно сочетание очагового повреждения (например, контузионного очага) с обширным диффузным аксональным повреждением — его трудно полностью оценить даже на современной МРТ, и оно объясняет, почему у некоторых пациентов при «не очень страшном» КТ-снимке восстановление идёт долго и трудно.

Часть 2. Острый период: что происходит в реанимации

Если близкий человек попал в реанимацию с тяжёлой ЧМТ, родственникам особенно тяжело: всё происходит за закрытыми дверями, информации мало, термины непонятные. Попробуем хотя бы общими штрихами объяснить, что и зачем там делают.

2.1. Первые часы: «золотое время»

Скорая помощь, приёмное отделение, КТ, реанимация — этот маршрут должен быть пройден за считанные часы. Чем быстрее, тем выше шансы. Главные задачи в первые часы: обеспечить нормальное дыхание и кровообращение, предотвратить падение артериального давления и нехватку кислорода (даже эпизод их понижения резко ухудшает прогноз), выполнить компьютерную томографию для оценки повреждений, при необходимости — экстренную операцию⁴.

Если у пациента есть гематома, которая сдавливает мозг, её срочно удаляют. Если есть вдавленный перелом черепа — поднимают отломки. При тяжёлом отёке мозга может потребоваться декомпрессивная трепанация — временное удаление участка черепа, чтобы дать мозгу «пространство» и снизить внутричерепное давление. Эту кость потом возвращают на место через несколько месяцев, когда отёк спадёт.

2.2. Зачем нужна искусственная кома

Родственники часто пугаются слов «медикаментозная кома», «седация», «искусственная вентиляция лёгких» — это звучит угрожающе. На самом деле это инструменты, которые позволяют поддерживать пациента в максимально безопасном для мозга состоянии. Медикаментозная кома снижает метаболические потребности мозга, уменьшает риск судорог, позволяет точно контролировать дыхание и кровообращение⁵. Это не «отключение мозга навсегда», а временный, управляемый режим.

Параллельно ведётся мониторинг множества параметров: внутричерепного давления, уровня углекислоты в крови, насыщения крови кислородом, температуры тела, концентрации электролитов. При тяжёлой ЧМТ важна каждая мелочь: эпизод повышения температуры, падение давления, скачок сахара крови — каждая такая «неровность» может ухудшить состояние мозга. Поэтому пациент находится под непрерывным наблюдением, а врачи реагируют буквально по минутам.

2.3. Кома, состояние минимального сознания, выход из комы

Слово «кома» в обыденной речи и в медицине часто означает разное. Строго говоря, кома — это состояние полной утраты сознания, при котором пациент не открывает глаза, не реагирует осмысленно, не выполняет команд. В современной медицине различают несколько уровней нарушения сознания после тяжёлой ЧМТ⁶:

• Кома — глаза закрыты, нет циклов сна и бодрствования, нет осмысленных реакций.
• Вегетативное состояние (синдром безответного бодрствования) — глаза открываются, есть смена сна и бодрствования, но осмысленных реакций нет.
• Состояние минимального сознания — появляются слабые, непостоянные, но воспроизводимые признаки восприятия и реагирования: следит глазами, выполняет простые инструкции время от времени, иногда отвечает на боль направленным движением.
• Выход из состояния минимального сознания — пациент начинает стабильно общаться или использовать предметы по назначению.

Переход из одного состояния в другое идёт не «скачком», а через постепенные изменения. И это очень важно для родственников: иногда улучшение настолько мелкое, что заметить его может только подготовленный специалист. Поэтому никогда не считайте, что «ничего не происходит», если близкий лежит в коме, — оцените изменения вместе с врачом.

Часть 3. Прогноз: чего ожидать

Это самый трудный и самый частый вопрос: «Что нас ждёт?». Честный ответ — никто не может сказать с точностью. Но можно описать факторы, которые влияют на прогноз, и общие закономерности.

3.1. Что говорит статистика

Тяжёлая ЧМТ — состояние с высокой смертностью. По данным разных международных регистров, 30-дневная летальность при тяжёлой ЧМТ колеблется в пределах 25–35%, а при крайних формах достигает и больше⁷. Это тяжёлые цифры, и говорить о них здесь приходится честно, потому что для родственников именно ясность — лучше «обнадёживающего» уклончивого молчания.

Среди тех, кто выживает, степень восстановления разная. Часть пациентов восстанавливается до состояния, близкого к прежнему, и через год-два возвращается к работе и обычной жизни. Часть остаётся с заметными ограничениями, но сохраняет самостоятельность. Часть — с тяжёлой инвалидностью и потребностью в постоянной помощи. По данным проспективных исследований пациентов с тяжёлой ЧМТ с диффузным аксональным повреждением, примерно треть имеет благоприятный исход через год, треть — промежуточный, треть — неблагоприятный⁸. И важно: исход у конкретного пациента в значительной мере может меняться между шестью и двенадцатью месяцами и даже позже — у части людей продолжается ощутимое улучшение.

3.2. Факторы, влияющие на прогноз

На исход тяжёлой ЧМТ влияет множество факторов. К прогностически более благоприятным относятся:

• Молодой возраст пациента.
• Изначально более высокий балл по шкале комы Глазго.
• Короткая длительность утраты сознания и посттравматической амнезии.
• Своевременная и качественная помощь в первые часы — стабильное артериальное давление, нормальный уровень кислорода в крови.
• Отсутствие тяжёлых сопутствующих травм других органов.
• Раннее начало мультидисциплинарной реабилитации.
• Активная поддержка семьи и наличие социального ресурса.
• Отсутствие тяжёлых вторичных осложнений в острый период: повторных кровотечений, инфекций, длительной комы.

Возраст — один из самых сильных предикторов. У молодых мозг пластичнее, восстановительные резервы выше, ремоделирование нейронных сетей идёт активнее. У пожилых те же повреждения, как правило, переносятся тяжелее, восстановление идёт медленнее, и выше риск осложнений на фоне сопутствующих заболеваний — гипертонии, диабета, ишемической болезни сердца⁹.

3.3. Шкала исходов Глазго

Для оценки исхода ЧМТ используют расширенную шкалу исходов Глазго (Glasgow Outcome Scale — Extended, GOSE), включающую 8 категорий: от смерти до полного восстановления. Промежуточные градации — вегетативное состояние, тяжёлая инвалидность нижнего и верхнего уровня, умеренная инвалидность нижнего и верхнего уровня, хорошее восстановление нижнего и верхнего уровня¹⁰. Эта шкала позволяет говорить с пациентами и их близкими предметно: не «всё будет хорошо», а конкретно — где находится восстановление сейчас и куда оно может продвинуться.

Что важно понимать: даже категория «хорошее восстановление» по GOSE не означает «как до травмы». Она означает, что человек может вернуться к работе и обычной жизни, но мелкие изменения в когнитивной сфере, эмоциональном фоне или утомляемости могут сохраняться годами. И это нормально. Полное стопроцентное возвращение к преморбидному уровню после тяжёлой ЧМТ встречается реже, чем хотелось бы. Но возвращение к полноценной, осмысленной, активной жизни — вполне реально и достижимо для значительной части пациентов.

3.4. Типичные временные рамки восстановления

Родственники часто спрашивают: «Сколько это продлится?». Точного ответа дать нельзя, но есть общие закономерности. Острый период занимает от нескольких дней до нескольких недель — это время в реанимации и в стационаре. Ранний восстановительный период — обычно первые 3–6 месяцев после травмы; в это время идут самые заметные изменения. Поздний восстановительный период — от 6 месяцев до 1–2 лет, темп улучшений замедляется, но продолжается. Резидуальный (отдалённый) период — после 2 лет; здесь изменения медленные, но они тоже возможны, особенно при сохранении активной работы¹¹.

Многие функции восстанавливаются неравномерно. Сначала обычно возвращается сознание и базовые двигательные возможности, потом постепенно — речь, навыки самообслуживания, более сложные движения. Когнитивные функции — внимание, память, исполнительные функции — восстанавливаются дольше всего, часто продолжая улучшаться через год и более. Эмоциональные и поведенческие проблемы могут стать заметными лишь тогда, когда пациент возвращается к обычной жизни и сталкивается с её нагрузками — то есть через несколько месяцев после выписки.

Полезно вместе с реабилитологом отслеживать динамику по конкретным целям. Например: «через 3 месяца — самостоятельно ходить по квартире», «через 6 месяцев — выходить на улицу с поддержкой», «через год — пройти 500 метров без посторонней помощи». Конкретные, измеримые цели помогают и пациенту, и семье увидеть прогресс там, где иначе кажется, что «ничего не происходит».

Таблица 1. Степени тяжести ЧМТ и их основные характеристики

Часть 4. Последствия и их виды

Когда пациент выписывается из больницы, родственники иногда ожидают «обычной поправки» — мол, всё худшее позади. Реальность гораздо сложнее: ЧМТ средней и тяжёлой степени даёт несколько групп последствий, и далеко не все из них видны сразу.

4.1. Физические последствия

Это, как правило, наиболее очевидная группа. Слабость в конечностях вплоть до парезов и параличей, нарушения координации движений и равновесия, изменения мышечного тонуса (часто — спастика, повышенный тонус с трудностью разогнуть конечность), нарушения чувствительности, нарушения зрения и слуха, головные боли разного характера¹¹. У части пациентов нарушается функция тазовых органов, у части — глотание и речь. У многих сохраняется длительная утомляемость, которая воспринимается окружающими как «лень», а на самом деле является реальным физическим следствием травмы.

Отдельная важная проблема — посттравматическая эпилепсия. У части пациентов после тяжёлой ЧМТ развиваются эпилептические приступы — иногда через дни и недели, иногда через месяцы и годы. Поэтому при появлении любого приступа после ЧМТ — даже одного — обязательно нужно к неврологу-эпилептологу для обследования и при необходимости начала противосудорожной терапии.

4.2. Когнитивные последствия

Эта группа последствий менее заметна со стороны, но часто более тяжёлая для повседневной жизни. Чаще всего страдают¹²:

• Внимание: трудно сосредоточиться, удерживать в голове несколько задач, не отвлекаться на посторонние стимулы.
• Память — особенно на недавние события, на новую информацию.
• Скорость обработки информации — человеку нужно больше времени, чтобы понять услышанное, ответить на вопрос, принять решение.
• Исполнительные функции — планирование, переключение между задачами, гибкость мышления, способность видеть последствия своих действий.
• Речь — поиск слов, построение сложных фраз, понимание сложного текста.
• Зрительно-пространственные функции — ориентация в пространстве, оценка расстояний, узнавание лиц.

Внешне человек может казаться «таким же» — он же ходит, разговаривает, узнаёт близких. Но при попытке вернуться к работе или учёбе быстро выясняется, что прежнее качество мышления не восстановилось. И это часто становится для пациента и его близких сильным шоком. Хорошая новость в том, что многие когнитивные функции продолжают восстанавливаться годами, особенно при участии нейропсихолога и при адекватной нагрузке на мозг.

Отдельная и важная проблема — когнитивная утомляемость. Многие пациенты после ЧМТ сообщают, что устают от любой умственной активности, которая раньше казалась тривиальной: чтения, разговора, просмотра фильма. Не «лень», не «надо собраться», а реальная физиологическая особенность: ослабленные нейронные сети расходуют значительно больше энергии на ту же работу. Поэтому важно дозировать нагрузку: 30–40 минут активной работы — короткий перерыв, потом снова. Принцип «отдохнуть до того, как накопилась усталость» помогает значительно лучше, чем тянуть до изнеможения.

4.3. Эмоциональные и поведенческие изменения

Это самая болезненная для семьи группа последствий. Близкий человек может вернуться домой «другим». Может стать раздражительным, агрессивным, импульсивным, эмоционально неустойчивым. Может, наоборот, апатичным, безынициативным, эмоционально притуплённым. Возможны депрессия, тревожные расстройства, посттравматическое стрессовое расстройство, расторможенность сексуальная или поведенческая, утрата критики к своему состоянию¹³.

Эти изменения связаны не с «плохим характером», а с конкретными повреждениями определённых отделов мозга, прежде всего лобных долей. Лобная доля отвечает за самоконтроль, целеполагание, эмоциональную регуляцию, социальное поведение. При её повреждении меняется именно то, что мы привыкли считать «личностью» — и для семьи это иногда тяжелее, чем физические последствия. Жена не узнаёт мужа, дети — отца, в семейных отношениях возникает глубокий кризис.

Важно понимать: эти изменения тоже подлежат лечению — психотерапией, при необходимости лекарственной терапией, работой с нейропсихологом, постепенным обучением новым стратегиям эмоциональной регуляции. Многие из них поддаются коррекции, особенно при ранней и системной работе.

Часть 5. Реабилитация

Реабилитация после ЧМТ средней и тяжёлой степени — это не одноразовый курс, а длительный, многоэтапный процесс. И от его качества зависит исход едва ли не больше, чем от самого первичного повреждения.

5.1. Этапы реабилитации

Современная реабилитация начинается в реанимации — буквально с первых дней, как только пациент стабилизирован. Сначала это пассивные движения для предотвращения контрактур и пролежней, дыхательная гимнастика, ранняя вертикализация (постепенное «поднимание» пациента — от приподнятого положения до сидения и стояния)¹⁴. По мере улучшения состояния добавляются активные движения, обучение базовым навыкам самообслуживания, восстановление глотания и речи.

После выписки из стационара пациент в идеале попадает в специализированное реабилитационное отделение или центр, где продолжает работу. Этот стационарный реабилитационный этап обычно длится от нескольких недель до нескольких месяцев. Дальше — амбулаторная реабилитация и долгая работа дома с периодическими консультациями специалистов. Очень важно, чтобы между этапами не было больших перерывов: упущенное время трудно компенсировать позже.

5.2. Команда специалистов

Реабилитация после ЧМТ — командная работа. Минимальный состав специалистов, который должен быть задействован: невролог, врач физической и реабилитационной медицины (физиотерапевт-реабилитолог), физический терапевт (специалист по движению), эрготерапевт (специалист по бытовым навыкам), логопед-афазиолог, нейропсихолог, психотерапевт, медсёстры специальной подготовки. При необходимости — психиатр, ортопед, уролог¹⁵.

Каждый из этих специалистов решает свои задачи, но работают они вместе, обсуждая случай и согласовывая планы. К сожалению, в нашей реальности такой подход доступен далеко не везде. Если в вашем городе нет специализированного центра, имеет смысл хотя бы раз в год-два посещать тот, где есть, — для оценки динамики и корректировки программы. Многое можно делать и дома, под руководством специалистов и при поддержке семьи.

В арсенале современной нейрореабилитации после тяжёлой ЧМТ есть много методов с разной доказательной базой. К наиболее обоснованным относятся: кинезотерапия и лечебная физкультура с прогрессирующей нагрузкой, эрготерапия с акцентом на конкретные бытовые задачи, логопедическая работа при афазии и дизартрии, нейропсихологическая коррекция когнитивных функций, функциональная электростимуляция мышц, зеркальная терапия при выраженных парезах, роботизированные тренажёры (например, для восстановления ходьбы или движений руки), технологии виртуальной реальности для повышения мотивации и разнообразия задач. Используется также транскраниальная магнитная стимуляция и транскраниальная стимуляция постоянным током — пока преимущественно в исследовательских и крупных клинических центрах¹⁵.

5.3. Что могут делать близкие

Семья — главный союзник реабилитации. От участия близких зависит, насколько последовательной будет ежедневная работа, насколько полноценной будет среда вокруг пациента, насколько вовремя будут замечены проблемы. Что конкретно помогает:

• Обеспечение регулярного выполнения упражнений, рекомендованных специалистами.
• Создание понятной, спокойной, предсказуемой обстановки дома — резкие изменения и большие компании поначалу могут утомлять и дезориентировать.
• Постепенное расширение круга общения и активностей по мере восстановления.
• Поддержка интересов пациента: чтение, музыка, прогулки, посильная активность.
• Внимательное наблюдение за настроением и эмоциональным состоянием.
• Уважение к темпу пациента — нельзя ни торопить, ни «гиперопекать», и тот, и другой полюс одинаково мешают восстановлению.
• Своевременное обращение к врачу при ухудшении состояния или появлении новых симптомов.

И отдельно — забота о себе. Это пункт, который часто упускают, но он жизненно важен.

Часть 6. Семья и долгосрочная перспектива

Тяжёлая ЧМТ — это всегда болезнь не одного человека, а всей семьи. И о близких пациента тоже нужно говорить отдельно, потому что про них врачи говорят редко, а проблема серьёзная.

6.1. Что меняется в семье

После выписки пациента из больницы перестраивается всё: распорядок дня, бюджет, отношения, планы. Один из членов семьи (чаще всего жена или мать) фактически становится постоянным ухаживающим. Работа второго порой страдает из-за необходимости подменять, ездить с пациентом по врачам, решать организационные вопросы. Дети, особенно подростки, переживают тяжёлое потрясение: знакомый им человек стал «другим», и они не понимают, как с этим жить¹⁶.

К этому добавляются финансовые трудности: лекарства, реабилитация, технические средства, иногда переоборудование квартиры. Социальные службы дают какую-то поддержку, но её недостаточно, и оформление документов само по себе становится отдельной нагрузкой. Очень полезно как можно раньше получить группу инвалидности — это открывает доступ к ряду программ и средств.

6.2. Выгорание ухаживающих

Это явление, которое в литературе называется «caregiver burden» — нагрузка на ухаживающего. У 30–40% людей, ухаживающих за пациентами с тяжёлой ЧМТ, развивается клинически значимая депрессия. Многие сообщают о хронической усталости, нарушениях сна, потере веса, ухудшении собственного здоровья, чувстве вины (всегда мало) и одновременно — раздражении и злости (за которые потом снова чувство вины)¹⁷.

Это не «слабость» и не «нелюбовь к близкому» — это медицинская проблема. Игнорировать её опасно: выгоревший ухаживающий хуже ухаживает, и в результате страдают оба. Поэтому важно: ухаживающим тоже нужен сон, отдых, собственное общение, иногда — психотерапия и даже медикаментозная поддержка. Помогает разделение нагрузки между членами семьи, привлечение профессиональных сиделок хотя бы на несколько часов в неделю, участие в группах поддержки для семей пациентов с ЧМТ.

6.3. Долгосрочные перспективы

Восстановление после тяжёлой ЧМТ — длительный процесс. Первый год обычно даёт самые заметные улучшения. Второй и третий — более медленные, но всё ещё значимые. Дальше темп замедляется, но «плато» не означает остановку: при правильной работе мелкие улучшения возможны и через 5, и через 10 лет. С другой стороны, после тяжёлой ЧМТ повышен риск отсроченных неврологических проблем — посттравматической эпилепсии, ускоренного когнитивного снижения в пожилом возрасте, депрессий. Это нужно знать и регулярно наблюдаться у невролога, не «закрывая» тему сразу после реабилитации¹⁸.

Главная мысль: тяжёлая ЧМТ меняет жизнь, но не отменяет её. Возвращение к работе, учёбе, осмысленным увлечениям, новым ролям в семье — реально для значительной части пациентов. Иногда это «другая» жизнь по сравнению с прежней, иногда — почти прежняя. Но именно эта возможность — главное, ради чего работают все: и реаниматологи, и нейрохирурги, и реабилитологи, и близкие.

Источники

1. Тиздейл Г., Дженнетт Б. Оценка комы и нарушенного сознания: практическая шкала. The Lancet. Издательство Elsevier, 1974, ретроспективный обзор 2014. Великобритания.
2. Клинические рекомендации «Черепно-мозговая травма». Ассоциация нейрохирургов России, Минздрав РФ, 2022. Россия.
3. Маас А. И. Р., Менон Д. К., Аделсон П. Д. и соавт. Черепно-мозговая травма: интегрированный подход к преодолению глобального бремени. The Lancet Neurology. Издательство Elsevier, 2017. Нидерланды.
4. Брэйн Trauma Foundation. Рекомендации по ведению тяжёлой черепно-мозговой травмы, 4-е издание. Neurosurgery. Конгресс нейрохирургов, 2017. США.
5. Крылов В. В., Талыпов А. Э., Пурас Ю. В. и соавт. Хирургическое лечение тяжёлой черепно-мозговой травмы. Журнал «Нейрохирургия», 2020. Россия.
6. Джианнино Я. Я., Феннелл К. М., Тейлор А. и соавт. Диагностические критерии состояния минимального сознания и расстройств сознания. Neurology. Американская академия неврологии, 2018. США.
7. Маркланд О., Дженнетт Б. Долгосрочные исходы при тяжёлой черепно-мозговой травме: систематический обзор. The Journal of Neurotrauma. Издательство Mary Ann Liebert, 2019. США.
8. Ланнсьё М., Борг Я., Левен А. и соавт. Долгосрочные исходы при средней и тяжёлой ЧМТ с диффузным аксональным повреждением: проспективное исследование. Journal of Rehabilitation Medicine — Clinical Communications. Шведское общество реабилитационной медицины, 2025. Швеция.
9. Стейерберг Е. В., Моу Н., Бутчер И. и соавт. Предсказание исхода после черепно-мозговой травмы: разработка и международная валидация прогностических моделей. PLoS Medicine. Издательство Public Library of Science, 2008, обновление 2019. США.
10. Уилсон Я. Т. Л., Петтиграй Л. Е. Л., Тиздейл Г. М. Структурированный опросник для расширенной шкалы исходов Глазго и шкалы исходов Глазго: рекомендации по использованию. Journal of Neurotrauma. Издательство Mary Ann Liebert, 2017. США.
11. Гусев Е. И., Скворцова В. И. Неврология и нейрохирургия. Издательская группа «ГЭОТАР-Медиа», Москва, 2018. Россия.
12. Ринк И., Кейтер К. Когнитивные нарушения после черепно-мозговой травмы: систематический обзор. Brain Injury. Издательство Taylor & Francis, 2020. Великобритания.
13. Понсфорд Я. Л., Дрейпер К., Шёнбергер М. Функциональные исходы спустя 10 лет после ЧМТ: связь с когнитивным, эмоциональным и поведенческим статусом. Journal of the International Neuropsychological Society. Издательство Cambridge University Press, 2018. Великобритания.
14. Иванова Г. Е., Стаховская Л. В., Скворцова В. И. Реабилитация при черепно-мозговой травме. Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова, 2019. Россия.
15. Турнер-Стокс Л., Пик А., Назир Р. и соавт. Мультидисциплинарная реабилитация при ЧМТ у взрослых: Кокрейновский систематический обзор. Cochrane Database of Systematic Reviews. Cochrane Collaboration, 2015. Великобритания.
16. Ковальчук В. В. Современные подходы к реабилитации пациентов, перенёсших тяжёлую черепно-мозговую травму. Журнал «Эффективная фармакотерапия», раздел неврологии, 2018. Россия.
17. Маннингс Я. Х., Скоррик Т., Андерсон В. А. Опыт ухаживающих за людьми с черепно-мозговой травмой: систематический обзор и метасинтез. Disability and Rehabilitation. Издательство Taylor & Francis, 2019. Великобритания.
18. Уилсон Л., Стюарт В., Дамс-О’Коннор К. и соавт. Хроническое последствие черепно-мозговой травмы: модели прогрессирования и стратегии вмешательства. The Lancet Neurology. Издательство Elsevier, 2017. Нидерланды.

*Статья носит информационный характер. Для профессиональной помощи обратитесь к специалисту.*

Подробнее
об авторе >

Автор: Гордей Каренин

Кандидат медицинских наук

• Главный научный редактор журнала SapiensMed
• Врач акушер-гинеколог c 20-ти летним опытом
• Постоянный спикер международных медицинских конференций
• Автор более 1000 публикаций

Автор: Гордей Каренин

Подробнее об авторе >

Кандидат медицинских наук

• Главный научный редактор журнала SapiensMed
• Врач акушер-гинеколог c 20-ти летним опытом
• Постоянный спикер международных медицинских конференций
• Автор более 1000 публикаций